Интервью Бонни Хорриган. Журнал “Альтернативная терапия” (Alternative Therapies in Health and Medicine).
Jim Jealous, DO: Healing and the natural world. Horrigan B. 1997; 3(1):68 — 76
Перевод под редакцией Гуричева Арсения
(Прим.ред: Бонни Хорриган (Bonnie Horrigan) автор книг «Red Moon Passage» (Harmony, 1996) и «Voices of Integrative Medicine: Conversations and Encounters» (Elsevier Science, 2003), она является редактором электронного информационного бюллетеня «Integrative Leadership», издаваемого Duke Integrative Medicine, и редакционным директором журнала EXPLORE: The Journal of Science and Healing).
Интервью
Есть причина, по которой люди приезжают из соседних штатов, чтобы попасть на приём к Джеймсу Джелосу (James Jealous, 1943 — 2021 гг), доктору остеопатии, в его клинику в Вермонте. Это та же причина, по которой студенты выстраиваются в очередь на его занятия, и почему Колледж остеопатической медицины Университета Новой Англии (University of New England College of Osteopathic Medicine) учредил стипендию его имени — за выдающиеся достижения в остеопатической медицине.
Доктор Джелос посвятил свою жизнь изучению природного мира в его наиболее сущностной, фундаментальной форме, и именно эти знания, и вытекающие из них навыки делают его одним из самых уважаемых остеопатов в США сегодня.
Доктор Джелос окончил Кирксвиллский колледж остеопатии и хирургии в 1970 году и сертифицирован Американским остеопатическим советом по специальности “остеопатическая манипулятивная медицина”. С 1971 года он ведёт частную практику в клинике в Милтоне, штат Вермонт, и является клиническим инструктором в Колледже остеопатической медицины Университета Новой Англии.
Доктор Джелос — член Американской академии остеопатии, Американской остеопатической ассоциации и Академии краниальной остеопатии, экс-президент Остеопатического центра для детей в Лондоне и бывший член Фонда краниального преподавания Сазерленда.
Журнал “Альтернативная терапия” (далее: АТ) взял интервью у доктора Джеймса Джелоса (Джелос) в его клинике в Милтоне, штат Вермонт, осенью 1996 года.
АТ: Наша философия заключается в том, что хотя официальная, конвенциональная медицина очень эффективна во многих ситуациях, у неё нет всех ответов. Именно об этом я хотела бы поговорить — об ответах, которых нет у конвенциональной медицины.
Джелос: Давайте посмотрим на условия медицинского образования. Весь процесс становления врача в значительной степени противоречит принципам исцеления. Студентов не воспитывают, не поощряют к исследованию, с ними не общаются как с попутчиками в удивительно прекрасном путешествии в горы жизни. Искусство исцеления стало довольно стерильным, а биомолекулярные пределы — пределы, которые отсекают индивидуальность. Это, конечно, отражает всю систему образования. Рост и развитие врача должны происходить в наиболее любящей и восприимчивой среде, какая только возможна для человека. Это важно для того, чтобы после видеть полную картину болезни.
Остеопатия в своём замысле содержала как философию, так и науку. Остеопатов просили рассматривать вопросы души, смерти, трансцендентности и использовать только свои руки для исцеления. Фон, на котором происходит жизнь, имеет значение. Я считаю, что любое искусство исцеления должно помогать индивидуумам находить путь к более глубокой реальности, чем биомолекулярная модель здоровья.
Интересно наблюдать, как многие альтернативные медицинские модели медленно становятся биомолекулярными. Многие «натуральные» средства — это на самом деле биомолекулярные препараты, и они используются так же, как традиционная медицина использует лекарственные препараты.
С моей точки зрения, это не обязательно альтернативно, потому что альтернативная медицинская практика должна быть более широкого видения, и очень индивидуализированной в применении. У неё не должно быть лекарство для симптома или болезни, а должен быть уникальный вариант для конкретного человека. Более глубокие вопросы о жизни должны входить в картину, и быть частью исследования исцеления. Мы чрезмерно упрощаем искусство, и теряем сущность того, о чём идёт речь когда мы говорим об исцелении.
Холистический подход — это не использование всего разнообразия средств, это видение Духа, Души и Тела как Целого. Лечение не делится. Если оно делится, то нужно видеть свою позицию относительно Целого, и не пытаться уничтожить болезнь аллопатически. Поддерживать здоровье Целого — такое было начало остеопатии. Сейчас оно едва живо, но всё ещё практикуется несколькими сотнями остеопатов.
Идея Целого, неделимого, чужда нашей культуре, и медленно исчезает, как аборигенная форма, которую наука считает примитивной. Каждый из нас сталкивается с этой реальностью в себе, и должен сначала принять эту ответственность, тогда за ней последует восприятие. Для нашей культуры это очень глубокий вопрос, а для аборигенной души это естественное состояние.
Нам нужно фокусироваться не столько на причине и следствии, сколько на приоритете Целого, как оно движется в отношении Великой тайны жизни. Преподавание требует усилий в том же направлении — взгляда на Целого индивидуума, движущегося в новые измерения жизни. Нам нужно защищать восприятие, которое является нашим естественным состоянием бытия. Это постепенно отсекается, и в результате люди болеют больше, чем необходимо.
Если они заболевают, их внутренний баланс и мирное видение исцеления, как отличного от ума, не противопоставляются причинному событию, и в результате страдания увеличиваются. Тот же процесс присутствует во время образования. Если мы ищем альтернативную систему здравоохранения, то обучение должно отражать эту разницу. Философии недостаточно. Мы должны стараться жить, держась за свои принципы. Врачи не должны иметь приоритет времени во время приёма пациента. Это серьёзная проблема. Приём в кабинете для острого заболевания требует как минимум полчаса.
AT: Не 7 минут?
Джелос: Я не достаточно умён, чтобы практиковать медицину за 7 минут. Более длительное время необходимо и разумно, но также это экономично. Я упоминаю это, потому что альтернативная медицина не должна обходится пациенту дороже. Остеопатическое лечение обычно применяется один раз (для острого заболевания). Пациент получает понимание, того почему он заболел, и как это влияет на его сущностные цели в жизни, и выздоравливает быстрее. Без медикаментов. Долгосрочные пациенты начинают управлять своим внутренним балансом, и учатся оставаться здоровыми. Всё это требует замечательно меньшего участия здравоохранения в здоровье человека.
Целители — учителя, попутчики и исследователи. Пациенты играют похожие роли в сфере своей жизни. Мы здесь, чтобы освободить людей от нужды в рутинном здравоохранении, а не создавать зависимость от системы. Короткие, быстрые приёмы оставляют пациента разочарованным и зависимым. Они либо продолжают приходить, либо отрываются, и находят свой собственный путь. Медицинская помощь в США старается пасти людей, как стадо коров. Но, люди по своей сути духовны, и сами найдут свой путь. Рутинное здравоохранение становится всё менее и менее чувствующим. Интересно…
AT: Является ли такой тип мышления основой остеопатической медицины?
Джелос: В своей основе — да, но является ли это статус-кво? Нет. Как и во всех Школах целительства, глубокое, сущностное ядро — наименее очевидно. Вот ключевой ответ: мы не можем винить того, кто мы есть, кем являемся, ни в чём. Некоторые просто хотят служить здоровью людей настолько, насколько это возможно, а не бороться с болезнями. Но, многие остеопаты купились на статус, материальную составляющую, и страх перед системой здравоохранения. Исключения, которые мы находим, доказывают потенциал нашей философии. Только небольшое число остеопатов продолжают исследовать наши основания.
AT: Что это за основания?
Джелос: Наша цель узнать о естественных законах Жизни, используя свои перцептивные навыки, которые развиваются в процессе обучения и практики. Ядро этой работы — перцепция. Эта концепция выросла из множественных наблюдений, пока законы природы не стали проясняться. Мы учимся ощущать Целое. Когда встречаешь пациента, и видишь Целое — это уникальное, и редкое событие в современном мире. Жизнь не делится на “Сома” — “Психо” — “Висцеро” и т.д. Всё содержится только в моменте, в котором ты находишься. Это экстраординарно.
Пациенты очень хорошо чувствуют, когда присутствует другое внимание. Они комментируют это. Это не интеллектуально, или интуитивно. Это аборигенно, инстинктивно. Нет немедленного заключения или диагноза, — он будет позже. Момент наполнен усилием быть настоящим со Здоровьем в пациенте, и его историей, — такой, как она разворачивается в ответ. Иногда это требует смещения фокуса внимания с тела пациента, наблюдения без цели на необходимости оценивать его. Процесс сначала непривычный, но со временем его находишь вполне естественным, какой он и есть, по сути.
Мы учимся через процесс обучения, что не имеет названия, но оно само учит нас многому. Мы учимся восприятию без концептуальных рамок, но оно идёт глубже, чем можно даже представить. Учиться этому надо по другому, и более требовательно. Очень немногие люди посвящены такому видению жизни, и их интересы иные.
Мы используем руки диагностически, перцептивно и терапевтически — это просто, и глубоко. Мы не ищем симптомы, а наблюдаем за Здоровьем, найденном в пациенте. Основатель остеопатии А.Т.Стилл — хирург, но у него был инсайт, и он последовал своему инсайту. Он обучал врачей использовать руки для исцеления, вместе с очень простыми природными лекарствами: диета, отдых, молитва. Ничего не добавлялось, кроме рук, и это работало!
AT: Расскажите больше об естественных законах
Джелос: Во-первых, они не созданы человеком. Никакими опытами, кроме наблюдения. Во-вторых, мы осознаём, что существует много законов, действующих в исцелении, о которых мы полностью не знаем, и всё же они глубоко влияют на процесс. Интересно, что наше восприятие может ощущать намерение естественных законов, намерение Здоровья за работой. Обычно, как только эта сила коммуницирует с пациентом, то пациент уже чувствует это. Наш мотив — понять намерение Здоровья в пациенте, то, как оно работает неделимо в балансе и гармонии. Как я сказал раньше, это не ограничено поиском и описанием болезней.
После научения ощущать эту реальность в своих руках, чувствуешь себя благословенным быть остеопатом. Многие люди не ощущают эту красоту, и используют механическую модель, выравнивая структуру путём разрешения мышечных барьеров. Это может быть хорошая, но не интересная для других остеопатов работа. Мир Природы наделён сознанием, которое простирается во всех направлениях. Мы ограничены временем, интересом, и учителями. Это занимает годы, а потом становится образом жизни.
Моя идея альтернативной медицины — это идея альтернативного восприятие всего мира, а не только болезней. Остеопатия альтернативна с 1874 года. Мы всё ещё здесь. Альтернативная медицина для меня — это другой взгляд на жизнь, более благоговейный к её красоте. Давать масло чайного дерева от грибка ногтей вместо потенциально токсичного химического лекарства — гораздо более натуральное лечение, но это всё ещё не альтернативный взгляд на исцеление. Любая форма или умозаключение, нацеленное против болезни, будет только частично альтернативным.
То, что поддерживает Целое на его связи с Мудростью природного мира, альтернативно. Оно поддерживает Здоровье, Неделимое, Мудрость жизни, в первую очередь. Около 80% распространённых болезней исцелятся с этим подходом, если пациент может позволить этому происходить. Иначе требуется более директивный аллопатический подход.
Большинство альтернативного здравоохранения всё ещё обращено в аллопатическую модель. Чистота традиции умирает, потому что очень мало времени уделяется глубоким отношениям с естественными законами. Мы обманываем себя, и в некоторых случаях нас обманывают люди, заинтересованные в финансовой выгоде под маской альтернативного, но глубины и приверженности там нет. Нужно это почувствовать самому.
Позвольте рассказать историю о пациенте, который умер, но, в тоже время был исцелён, и в мире, то есть здоров. Я знал Джона 15 лет, был их семейным врачом в маленьком городе. Его жена и сын были очень тревожными. Он очень много, и долго работал, и в 52 года у него развился рак лёгких на фоне воздействия химикатов на работе. Мы направили его, как он пожелал, к онкологу. Тот назначил ему химиотерапию, и наркотические обезболивающие. Джон позвонил мне, и записался на приём, прося лечение. Я согласился. Он приходил каждую неделю. Я никогда не спрашивал его почему, просто лечил, следуя Здоровью, и не пытаясь принимать участия в его заболевании.
В следующие несколько месяцев что-то происходило, и чувствовалось иначе. Ранее он был «непробиваемым». Я спросил его, почему он хочет такого лечения? Я чувствовал глубокие изменения под своими руками, что-то проявлялось из его страданий. Он сказал мне, что без лечения он нуждается в больших дозах обезболивающих, а с лечением — не нуждается в них вовсе! Он продолжил: «Я более спокойный после лечения”.
Откуда пришло это изменение? Мы не направляли его ни к психиатру, ни в дзен-монастырь. Откуда расцвёл цветок? Он ушёл легко, и в мире, любящим, и любимым. Он помог мне понять то, о чём я только догадывался раньше. Здоровье в человеке не может заболеть, или умереть. Вы не можете его убить. Оно трансцендентно. Всё, что нам нужно — это наблюдать, используя опытные руки, быть терпеливым, иметь время, и следовать Здоровью. Тогда естественные, нерукотворные, законы откроют нам роль в моменте. Интеллекту останется лишь убедиться в этом. Это, действительно, не моё воздействие, то как происходит исцеление.
AT: Не ваше?
Джелос: Всё, что я могу — это помочь Жизни прийти в баланс тем способом, который она намерена. Это ключевая фраза: тем способом, который она намерена. Я видел Джона за пару дней до смерти, и это было как положить руки на самого здорового человека. Я знаю, это звучит странно, но в нём был прекрасный баланс. Он был счастлив. Исцеление не об избавлении от симптомов. Это об индивидуальной целостности, которую мы инстинктивно вспоминаем в момент, когда касаемся её.
Лечение помогает нам исцелиться и ре-интегрироваться — это то, чему не нужно учить. У некоторых людей смерть — это дверь к восприятию, которую наша культура закрывает. Когда пациент приходит к нам, мы всегда начинаем заново, каждый момент новый, просто ждём, воспринимаем чистоту, и ощущаем Здоровье за работой. Это требует годы обучения, и любви к дару нашей естественной сущности. Мы слушаем руками историю, разворачивающуюся в сознание каждого. Сколько врачей слушают историю?
AT: Что вы переживаете, когда исцеляете руками? Можете рассказать, как это для вас?
Джелос: Не легко объяснить иначе, чем тем, что это есть само по себе, так что надеюсь, это не слишком запутанно для людей, не связанных с перцептивным навыком. Мне потребовалось 20 лет, чтобы начать понимать этот процесс. Я всё ещё чувствую себя новичком. Это нескончаемое путешествие во всевозможные уголки Жизни, в соответствии с естественными законами. Я постоянно учусь новому. По-настоящему, это глубокая Жизнь, которой мы наделены.
Новые отношения всегда выражают себя, это происходит во время лечения. Пациенты приносят процесс обучение с собой. Наши чувства ясно это знают. Рост навыка — это не линейный процесс. Новые ощущения возникают из прямого взаимодействия с естественными законами. Человек узнаёт совершенно неожиданные процессы, которые не описаны в книгах. Это открытия. Я никогда не знаю, каким будет следующий факт. Я полностью доверяю тому, что, следуя принципам обучения, понимание будет расти.
То, что происходит, когда я кладу руки на пациента, — это сложный вопрос. Мой ответ будет очень личным. Я не могу говорить за своих коллег-остеопатов, или студентов. Это вопрос целостности со своим собственным здоровьем, и глубоких отношений с даром жизни.
АТ: Вы же учите тому, о чём говорите? Вы же не учите двигать костями, правда?
Джелос: Да, я преподаю именно то, о чём говорю, и это часть континуума. Вначале практики нужно долго работать с костями — это тренирует чувствительность и помогает осознать диспропорцию и баланс. Это ранняя модель восприятия. Человек изучает все обычные техники, разделённые на манипуляции, стрейн-контрстрейн, миофасциальный релиз, краниальную остеопатию и т.д., плюс годы анатомии. Годы понимания движения, пока не почувствуешь нормальную единицу жизни. Тогда начинаешь ощущать исцеляющие силы.
Сначала разум путается, потому что это не механическая или гидравлическая модель. Многие останавливаются здесь. Им трудно поверить в то, что они чувствуют. Мы изучаем эмбриологию, законы нашего формирования, “никогда не упуская идеальных пропорций«, как сказал один эмбриолог. Мы воспринимаем эту мудрость и точность, которую она требует от нас.
Нужна долгая подготовка. Некоторые верят в короткий путь, но жизнь хочет нас Целыми — не частью, а всеми нами. Нужно терпение, чтобы выносить своё невежество, и не скрывать его. Нужно верить, что мы «особенные». Не лучше, а сознательное творение Высшего Разума, как всё прекрасное. Мы — часть искусства Природы.
Преподавание требует индивидуальной работы один на один и настоящего уважения к Здоровью в студенте. Мы не учителя, а скорее, попутчики на пути его выбора. Это не рабство. Я преподаю в темпе, заданном студентом, и это касается всех уровней — от бакалавриата до долгих лет после постдиплома. От сердца к рукам.
Самый сложный урок — это работать в темпе Здоровья. Мы не рубим болезнь топором. Знаете, три минуты ожидания для некоторых настоящая пытка. Нам нужно время, свободное время. Тогда ученики узнают, что они уже умелые, и чувствительные. Мы позволяем естественному проявиться, они удивляют сами себя. Очень немногие учителя пытаются помочь нам увидеть динамичную жизнь, которой мы являемся. Нам не нужно становиться просветлёнными, — мы уже такие. Нам нужно ощутить свою целостность, расслабиться в этой красоте, и начать. Жизнь сама по себе прекрасна. Я не ослеплён насилием и страданиями. Я вижу страдания, но вижу и нечто другое, что нас поддерживает. В медицине такая фокусировка отсутствует.
Мой опыт с медициной не был приятным из-за её фокуса на болезни. Лет пятнадцать назад у меня появилась опухоль в щитовидной железе. Я обратился к нескольким специалистам, и мне сказали, что это рак. Все они были очень нервными, возбуждёнными, встревоженными, — им не хватало проницательности, и они боялись моего рака. Они обрисовали мрачную картину. Я очень испугался. Я сказал им, что не вернусь, потому что понял по их страхам, что сам боюсь смерти. Это меня удивило, ведь я думал, что люблю жизнь достаточно, чтобы умереть без страха. Я решил, что нужно примириться со смертью, и не действовать из страха.
Врачи разозлились. Я никому не рассказал. Просто решил, что хочу освободиться от страха. Это был вопрос целостности по отношению к дару жизни. Я не трогал это образование полтора года. Я сделал так, потому что было по-настоящему страшно ощупывать его, и думать о раке, смерти, и пустоте. Я работал над тем, чтобы не позволять себе забывать, насколько я боюсь смерти. Потом просто шёл по своим делам. Ничего больше.
Я, действительно, старался увидеть свой страх, и помочь ему преодолеть это недоразумение, и… страх ушёл. Образование исчезло, и никогда больше не возвращалось. Я не говорю, что это было самолечение. Я понятия не имею, что произошло, и почему. Но, у меня был выбор между своим духом, и страхом.
Я горжусь тем, что я часть природы, и я люблю природу. Я горжусь тем, что смешан с деревьями, солнцем и всем остальным. Это чувство целостности было нарушено страхом. Я не мог перестать любить то, что дало мне форму, и сознание. Я взял свой страх с собой и продолжил. Мы — просветлённые! Мы знаем, что очень близко принадлежим жизни, и это драгоценно. Оно даёт каждому из нас все 100% без оговорок. Это просто правда!
АТ: Имеет ли остеопатия определение смерти?
Джелос: Основатель остеопатии, А.Т. Стилл, сказал: «Тело — это вторая плацента». Я думаю, на этот вопрос лучше всего ответить так: смерти не существует. Я не навязываю своё понимание пациенту. Я поддерживаю все их решения, как только они ясно осознают свой выбор в лечении. У меня есть пациенты всего спектра мнений. Моя задача — оставаться в осознании Здоровья, неподвластного болезни, в них, и поддерживать его.
Пациенты дееспособны, требуется решение, чтобы прийти за помощью. Когда я кладу руки на пациента, я начинаю с ощущения целостности, трансцендентного — не как идеи, или бессмертной истины, а ожидая, пока это не станет очевидным. Я вижу страх, ощущаю его в своих руках, чувствую болезнь, поражения, историю, и… жду. Я ищу то, чего не знаю, не диагноз — это потом. Сейчас, в этот момент, Здоровье взаимодействует с болезнью. Этот приоритет должен быть увиден напрямую, а не через размышления.
АТ: Как бы вы изменили нашу систему здравоохранения, чтобы учесть это?
Джелос: Можем ли мы изменить систему здравоохранения США? Нет, не можем. Мы хотим изменений, потому что верим по-другому, чем другие люди, но, конечно, те, кто практикует медицину, имеют право практиковать её по-своему, и есть пациенты, которые предпочитают разные форматы. Я не думаю, что мы можем кому то диктовать, что и как должно быть сделано.
У нас никогда не было безопасного, разумного и эффективного убежища для тех, кто хочет практиковать холистическую медицину. Нам нужно признать их. Вместо того, чтобы осуждать за то, что они хотят проводить время с пациентами, нужно сказать: «Это нормально».
Я не думаю, что мы изменим систему здравоохранения в стране, потому что ею управляют не врачи. Психология, стоящая за системой здравоохранения, такая же, что стоит за кино, и за всем остальным. Она называется — фастфуд. Люди хотят быстро, хотят действия, и хотят его прямо сейчас. Может, я невежествен, но я думаю, что глупо пытаться изменить что-либо диктатом.
То, что делает альтернативную медицину тем, чем она является, если она вообще будет существовать, — это люди, индивидуальности. Вместо того, чтобы все ходили и вербовали других, лучше бы находились в своих кабинетах, работающие с пациентами. Пусть студенты приходят к ним. Заставьте и их работать, потому что это работа. Стойте в центре и ждите.
АТ: Давайте вернёмся к теме исцеления
Джелос: Исцеление — это проявление оригинальности, уникальности. Давайте на минуту посмотрим на это. Дыхание жизни входит в тело. Мы можем ощущать различные ритмы, которые создаются из него, и мы можем воспринимать этот происходящий процесс. Мы не интерполируем, не анализируем его. Мы можем на самом деле воспринимать, как Дыхание жизни входит в тело, приходит к средней линии, и от средней линии генерирует разные формы ритмов в биоэлектрическом поле, жидкостях и тканях. По сути, то, что происходит, — это генезис. Он никогда не останавливается. Момент за моментом мы строим новую форму и функцию. Это ощущается напрямую.
Когда я читал литературу по эмбриологии, то наткнулся на исследования, проведённые Блехшмидтом (Erich Blechschmidt, 1904 — 1992гг). Он был учёным, влюблённым в эмбрионы. Его интересовали вопросы биодинамики и биокинетики человеческого развития. Как это работает? Что происходит? Он так и не получил свой ответ.
Он написал, что причина происхождения эмбриона содержится в сознании самого эмбриона. Это не прямая цитата, но там была тайна, загадка, которая должна остаться. Можно ощутить, что это генезис. Он находится в центре процесса исцеления. Блехшмидт был очарован тем фактом, что внутри жидкостей есть сила, которая не исходит из генетического поля. Эта сила внутри жидкости уже содержит идею формы человеческого тела — будь то почка, позвонок или глаз, и приводит её в проявленную. Затем гены модифицируют её. Таким образом, у нас есть генетические, культурные, и расовые модификации.
Перед этими модификациями существует божественная форма. Она существует на протяжении всей нашей жизни. Есть момент, когда мы все идеально удерживаемся в матрице гораздо более тонкого намерения, — это момент исцеления. Блехшмидт описал шесть разных способов, которыми жидкости взаимодействуют друг с другом внутри тела.
Уильям Сазерленд (William Garner Sutherland, 1873-1954гг), который является основателем и гением остеопатии в краниальной области, ощущал эти силы в жидкостях человека, хотя эти два человека никогда не встречались, и не читали работ друг друга. Когда я прочитал, что этот эмбриолог описывает те же силы в жидкостях, что и один из великих учителей остеопатии, этого было достаточно. С тех пор я потратил много времени, просто глядя на изображения эмбрионов в первые 6 недель жизни, до того, как генетические поля берут верх.
Многие люди не согласятся с тем, что я говорю, или, возможно, неправильно истолкуют это, но эти силы существуют. Многие древние культуры признают эту истину. Но как они узнали об этом? Они знали, потому что это было нечто, что они воспринимали напрямую, как естественное явление.
Теперь, мы просто отправляемся в философское путешествие, или в восприятие и понимание того, что есть сила, дышащая в теле 24 часа в сутки, есть в этом какая-то практическая польза? Она на страже, она на вызове, работает для пациента. Она не может заболеть. Всё, что она делает, — это несёт оригинальную форму в этого человека. И это то, что проявилось у того мужчины с раком, когда он знал, что умирает. Это то, что мы называем его Духом. Почему оно пришло именно так, и в тот момент времени, — мы не знаем. Но, оно взаимодействует с каждым моментом нашей жизни. Оно взаимодействует с каждым моментом, и если бы оно прекратило быть там, вы бы не умерли, вы бы растворились. У вас не было бы матрицы для вашего сознания, даже после смерти.
Допустим, 3 года назад вы ударились головой, и с тех пор у вас головокружение. Вы перепробовали все виды лекарств, и ничего не сработало. У вас всё ещё головокружение. Если бы вы вошли в мой кабинет, и я положил на вас руки, я бы не искал паттерн напряжения в вашем теле. Я бы не смотрел на вашу болезнь, я стал бы наблюдать Дыхание жизни, — эту неизменяемую силу в теле, и смотреть, как она пытается вам помочь. Ваша болезнь была предкогнитивной. Она знала, что вы собираетесь врезаться в эту стену, раньше, чем вы сами, — не в психологическом смысле, а по ощущению.
АТ: Вы говорите о предчувствии?
Джелос: Нет, я не говорю о предчувствии. Если поговорить с достаточным количеством людей, попавших в автомобильные аварии, то за миллисекунды до происшествия они это знают. Я говорю о том, как тело настроено на приём шока — будь он эмоциональным, биохимическим, генетическим или физическим. Таким образом, программа лечения устанавливается почти до, и уж точно во время процесса нанесения ущерба телу, духу или душе.
План выздоровления пациента уже в нём, потому что то, что создало тело, — это то, что устанавливает план. Оно создаёт компенсации, чтобы как можно дольше сохранять баланс — это то, что мы называем гомеостазом. Теперь я знаю, что врач, услышав это, скажет: «Это безумие». Некоторые представления о здоровье крайне узколобы, поэтому смерть для врача — это оскорбление. Но, всё гораздо шире.
Мы можем чувствовать движение этой силы внутри тела, неизменное у взрослого по сравнению с новорождённым, и ещё 2 — 3 дня после смерти. Потом оно, кажется, исчезает. Я не буду углубляться в это, потому что это уже на грани, и есть много вещей, которых я не знаю. Но я думаю, что Элизабет Кюблер-Росс (Elisabeth Kübler-Ross, 1926 — 2004 гг) оказала огромную услугу человечеству. Она заставила нас проснуться, и осознать, что в жизни есть больше, чем то, что очевидно. Она поставила любовь вперёд. Это не эмоциональная любовь. Это бессознательное осознание связи, которая существует между каждым человеком ещё до того, как вы встретитесь с ним. Это реально.
АТ: Расскажите подробнее о практике
Джелос: Пациент приходит в кабинет. Он ударился головой, у него головокружение. Это длится уже 3 года. Итак, когда мы кладём руки на тело пациента, первое, что мы делаем, то открываем свои ощущения пространству в комнате, и расширяем его до горизонта, его собственной силой. Не своим намерением. Многие любят использовать своё намерение, своё внимание, и любят визуализировать. Я достаточно хорошо знаю анатомию, чтобы понимать: если бы я пытался визуализировать анатомию, я совершил бы ужасную ошибку, потому что её вариабельность огромна.
Для меня элементы намерения, внимания и визуализации не входят в терапевтический процесс. У них есть место в других подходах, но не в этом. Как ваши лёгкие дышат внутрь, и наружу, так и внимание дышит внутрь и наружу. Знаете, как можно расслабить живот, чтобы не дышать всё время верхушкой лёгких? А что произойдёт, если позволить уму дышать? Вместо работы с дыханием или воздухом мы работаем с дыханием жизни. Мы позволяем уму дышать. Это требует серьёзной работы.
Некоторые люди начинают плакать после того, как делают это в первый раз, потому что понимают: они были сделаны, намеренно, — Художником, который любит своё дело. Они чувствуют, что полностью охвачены Жизнью, и улавливают волшебство. Потом человек борется, чтобы это вернулось. Вот тут он и терпит неудачу, потому что нужно отпустить.
Первый шаг в ощущении Дыхания жизни — это не пальпация, не тыканье в поисках нарушений. Для начала вы ощущаете Здоровье пациента. Вы чувствуете Дыхание жизни, то как оно входит в этот живой организм, в этого человека, и чувствуете Тело, Душу и Дух как Целое. Нельзя разделять! Если вы разделяете Тело, Душу и Дух даже концептуально, под своими руками — вы не делаете то, о чём я говорю. Вы делаете что-то другое. Я не говорю о том, чтобы положить руки на человека и сказать: «Этот человек нервничает» или «У него плохой день». Это интуиция. Это совсем другое.
Вы чувствуете, как Дыхание жизни входит в тело и поднимается по средней линии. Средняя линия — это биоэлектрическая линия, остаток нотохорды, сформированной в эмбриональной пластинке. Это первичная линия ориентации для всех движений в пространстве. Дыхание жизни входит по этой линии, а потом создаёт изменения в теле. Оно создаёт движения, жидкости, ткани, и так далее. Мы это чувствуем. Это Здоровье в пациенте пытается исцелить его с момента, когда болезнь оставила свой след. Так что, в случае человека с головокружениями, Здоровье работает над этим уже 3 года. У Здоровья есть план исцеления. Теперь самый распространённый вопрос, который я сейчас получаю от студентов: «Почему оно не исцеляет пациента без нашей помощи?»
АТ: Я как раз собиралась вас об этом спросить
Джелос: Когда вы входите в вихрь интерфейса между целительными силами и искажением, в самом искажении может удерживаться давление в 100 фунтов на квадратный дюйм. Сила нанесённого ущерба создаёт векторы в теле. Я никому этого не желаю, но представьте: вы видите, как вашего друга переезжает автомобиль. Как вы думаете, сколько фунтов на квадратный дюйм этот шок вносит в вашу систему? Много! Достаточно, чтобы вы смогли поднять автомобиль с земли, если бы пришлось.
Предположим, что эта целительная сила могла бы уравновесить эти сто фунтов на квадратный дюйм в вашем теле. Если бы вы ввели в тело силу в сто фунтов на квадратный дюйм, вы бы разорвали каждую артерию, вену и лимфатический сосуд. Если бы она генерировала силу, необходимую для прямого исцеления, её собственная архитектура рухнула бы. Другими словами, она должна исцелять через транссубстанциацию (претворение), то есть превращение физической силы в другую форму силы, с которой можно работать. В определённый момент, очень быстро, словно по щелчку пальцев, она переключается в другую форму энергии.
Информация для этого изменения приходит от Дыхания жизни. Таким образом область поражения, травмы или болезни будет ограничена со всех сторон. Процесс болезни — это разумное решение, принятое Дыханием жизни, чтобы защитить организм от разрушения всего себя. Болезнь — это не враг. Это разумное, мудрое решение для достижения баланса. Подумайте о смерти. Что вы возвращаете себе при смерти?
АТ: Вашу оригинальную форму
Джелос: Верно! Вашу оригинальную форму. Это невероятно, когда вы это видите. Знаете, сколько раз после пары сеансов пациент говорит: «Я чувствую теперь себя больше собой». Они говорят: «Я вижу, как свет движется по поверхности листьев после дождя«. Я отвечаю: «Он всегда там был. Это не мистическое поле восприятия. Это нормально«. Мы от природы весьма одарены. Что бы произошло, если бы вы заявили права на свою оригинальную форму? Разве не интересно узнать, кем вы были на самом деле? Разве не интересно узнать намерение Дыхания жизни, когда оно вас создавало?
АТ: Вы обсуждаете такие вещи со своими пациентами?
Джелос: Разговор, который я веду с вами, только в менее детализированной форме, происходит с моими пациентами почти всегда. Я не пытаюсь их в этом убедить. Я не могу сказать, что люблю их в обычном смысле этого слова, но я вижу в них нечто, и знаю, что это выходит наружу, и спрашиваю: «Почему не прямо сейчас?«.
Почему они не все выздоравливают? Просто ещё не время. И это единственный ответ. Пациента нельзя винить за то, что он не выздоравливает. Если обычные врачи совершают ошибки, не давая пациентам достаточно времени, чтобы понять Тело, Душу и Дух, как единое Целое, то практикующие альтернативную медицину совершают не менее серьёзные ошибки, когда возлагают на пациента ответственность за то, что он недостаточно осознан, чтобы выздороветь. Это не его вина, это ничья вина. Это больше о темпе и времени исцеления. Люди не глупы. Большинство людей очень умны. Некоторые врачи думают, что они умнее всех остальных, но это не так.
АТ: Как вы учите студентов ощущать эти силы?
Джелос: Сначала я говорю им, что они могут практиковать так, как хотят, при условии, что это безопасно, эффективно и разумно. Они могут не выбрать практиковать так, как я. Поэтому они наблюдают, как я лечу пациентов, и я учу их на основе их вопросов. В итоге они хотят подражать тому, что я делаю. Они имитируют это пару раз, и это работает, они думают, что освоили, но потом это больше не работает.
Тогда они начинают критиковать себя, уровень уверенности в себе падает. Я пытаюсь убедить их, что они уже полностью умелы. Я пытаюсь заставить их раскрыть в себе нечто необыкновенное. Это просто вопрос времени. Если они позволят своему уму расслабиться, и будут сидеть, и слушать пациента так же, как я, они найдут ответы. Обычно требуется около двух лет, чтобы они это приняли. За это время в своей практике они могут увидеть семь-восемь сотен пациентов самостоятельно, но обычно проходит два года, прежде чем они решатся попробовать. Потом они ожидают, и начинают находить Здоровье.
Вчера я получил письмо от студентки. Я обучал её пять лет. Она провела со мной около 400 часов, прежде чем уйти в ординатуру по семейной медицине. Недавно ей поручили 92-летнюю женщину, которая была в хорошем здоровье, пока у неё не появилась опухоль на шее — плоскоклеточный рак. Моя студентка написала: «Пока физическое состояние пациентки быстро ухудшалось, было очевидно, что она боится происходящего, как и её семья«.
Теперь представьте, интерн в больнице ухаживает за терминально больной пациенткой с плоскоклеточным раком. Я думаю, уже неплохо, что она заметила страх пациентки, и её семьи. В общем, чтобы не затягивать, она написала: «Я оказалась наедине с пациенткой, что было действительно редким моментом. И, пока я слушала её сердце, я поняла, что на самом деле пытаюсь сделать. На одном уровне я чувствовала страх внутри этой женщины, почти гул в её нервной системе. Но под этим было нежное ощущение уверенности и здоровья«. Потом она написала: «Пока я оставалась там, я почувствовала огромный сдвиг«.
Она лечила пациентку. Это значит, что барьер между страхом и этой нежностью исчез. Автономная нервная система, парасимпатика и симпатика, пришли в больший баланс, вероятно, через влияние лечения на лимбическую систему. Она почувствовала сдвиг, который не могла описать. Затем она написала: «Пациентка, кажется, расслабилась. У неё была тихая, спокойная ночь, что было очень необычно, и когда я проверила её утром, она казалась очень комфортной. Она умерла через несколько часов«.
Необыкновенная история. Мы не знаем точно, но есть хорошая вероятность, что лечение позволило ей легко перейти на другую сторону. Ускорила ли она процесс смерти? Нет. Она помогла пациентке прийти в баланс, а потом система пошла в том направлении, в котором естественно шла. Мы не принимали это решение, и именно это делает остеопатию естественной наукой.
АТ: Кажется, в тот момент, когда человек воспринимает эту нежность, эту невыразимую Силу, происходит нечто магическое. Это кажется ключевым моментом
Джелос: Это и есть ключевой момент. Распознавание Здоровья — это момент, который всегда присутствует. Вы приходите к пониманию, каков план Здоровья, и что он пытается сделать, и вы фактически помогаете ему двигаться в этом направлении. Это может быть очень тонкая сила. Вы должны быть прямо там, на этом интерфейсе, и вы должны были наблюдать, наблюдать и наблюдать его, чтобы в тот момент, когда происходит взаимодействие, вы могли присутствовать при реализации плана.
АТ: Это как лёгкий толчок?
Джелос: Когда вы читаете план, чертеж, то вы читаете тон, текстуру, намерение, интенсивность, и темп как одно целое. У вас есть все эти пять элементов, и ещё больше. Когда они все уравновешиваются, вы акцентируете ровно то, что уже там есть. Существуют другие способы лечения, которые эффективны, но мы говорим конкретно о Дыхании жизни и его влиянии на тело.
АТ: Есть ли у вас заключительные слова?
Джелос: Я хочу подвести итог тому, что считаю важным. Во-первых, Целое — реально. Холистическая медицина не означает, что вы делаете гомеопатию, иглоукалывание и остеопатию, а потом даёте антибиотики. Холистическая медицина означает, что пациент неделим. Человека нельзя разложить на части. Холистическая медицина означает способность воспринимать целое, и не разделять его — это большая ответственность. Мы говорили о законах генерации и исцеления, об исцелении, как проявлении уникальности, и о том, что это может произойти в любой момент.
Ещё одна вещь — это тренировка восприятия. Нужно принять дар, который нам дан. Сэр Лоренс ван дер Пост (Laurens Jan van der Post, 1906 — 1996 гг) написал замечательные книги о восприятии. Он — выдающийся учитель. Если вы хотите понять инстинктивное восприятие, его работа с аборигенами Африки — отличный источник.
В книге Дэвида Абрамса (David Abram, 1957- гг) «Заклинание чувственного» (The Spell of the Sensuous: Perception and Language in a More-than-Human World) он беседует с шаманами, которые знают о шести направлениях восприятия. Это хорошая книга, помогающая человеку исследовать реальность. Три года назад я читал лекцию о восприятии, о важности горизонта в нашем восприятии. Всё было полностью из моего собственного опыта. Когда я прочитал книгу Абрамса, это стало для меня хорошим подтверждением. Для меня суть в том, чтобы позволить своему вниманию дышать за край горизонта, отпустить его, а потом ждать, пока оно вернётся само. Здесь есть перцептивный мост, которому мы можем учить людей.
Ещё мы говорили о том, что план лечения пациента уже есть у сил, которые формируют тело, так что когда пациент приходит, программа лечения уже готова. Мы не создаём процесс лечения. Мы должны его раскрыть. Это важное утверждение, и его стоит исследовать. Мы говорили о трансмутации, и о том, что смерть — это не болезнь.
Важно не ограничивать пациента своей практикой. Если вы чувствуете, что не помогаете пациенту, обратите его за другой помощью. Не держитесь за пациента. Если пациент не хочет идти куда-то ещё, выясните, почему он боится. Расширяйте его поле взаимодействия.
Очень интересно, что сообщество естественного исцеления переняло аллопатический подход к медицине. Пациент приходит с симптомами, и получает средства от симптомов. Это как выписывать рецептурные препараты. Они увязли в интеллектуальном формате, и даже не осознают этого. Натуральная медицина — это натуральная медицина. А что значит это слово? Природа — это всё, что живёт, дышит, или существует. Звёзды… Я уверен, многие люди выздоровели бы, если бы просто гуляли по ночам, и смотрели на звёзды.
Всё лечение уникально для условий настоящего момента, а не для болезни. Какой смысл начинать давать пациентам кучу всего, пока мы по-настоящему не поймём, в чём заключается весь процесс? Настоящий целитель не даст дважды одно, и то же средство, при одной, и той же болезни. Поэтому, если мы хотим практиковать альтернативную медицину, нам нужно избавиться от стандартов. Стандарты можно рассматривать как систему поддержки, чтобы выиграть время, но это не конечная цель, и все мы существуем не в одном и том же ритме.
Традиционная остеопатия — это не разовая помощь. Это долгосрочные отношения с людьми, где бы вы ни практиковали. Чтобы по-настоящему узнать другого человека, нужны годы. Некоторых моих пациентов я лечу уже 30 лет. Меня не пугает их болезнь, и я думаю, что это важно.
Ещё один важный момент: отношения “Учитель — Ученик” — это долгосрочный процесс. Мы должны принять ответственность за то, что нас учат. Один из моих величайших учителей был стариком, которого я однажды встретил на реке. Я был далеко в глуши на рыбалке, и разразилась невероятная буря. Он сел в машину, и поехал домой в город. Мне некуда было деваться, поэтому я спросил, можно ли мне зайти к нему в дом. Буря налетела, его трейлер качался на фундаменте. Электрические провода оборвались на дороге, везде искры. Приехали “Скорые”, и машины со всех сторон. Я сидел с этим стариком за столом, и он не шелохнулся. Мы просто сидели. Внутри трейлера царила тишина. Это было невероятно!
Мы просто сидели в трейлере, а вокруг нас бушевал хаос. Через 20 минут всё успокоилось. Он посмотрел на меня и сказал: «Я никогда не понимал, зачем люди носятся, превращая жизнь в чрезвычайную ситуацию«. Потом просто сидел. Ещё через 20 минут он встал, и начал готовить еду. Он умел позволить моменту быть источником, и центром своего храма — он был живым напоминанием. Впоследствии мы с ним подружились. Это был важный момент, потому что я понял: не только остеопаты занимаются такой работой, и понимают, что происходит в моменте, или бодрствуют для Дыхания жизни, и этой тишины. Мы все осознаём нечто большее, и должны помнить о своей уникальности.
Организация поддержания здоровья, которую мы ищем, — это то, что создаёт эмбрион. Она генерирует, и поддерживает жизнь. Я не думаю, что в этом есть что-то неправильное — центрировать свою практику на целостном человеке. Не всем это будет интересно, и не все подумают, что вы делаете отличную работу, но дело не в этом. Дело в том, есть ли в вашей практике общий паттерн, полезный для людей, и их благополучия.
И последнее, большими чёрными буквами: это тяжёлая работа. Так что готовьтесь по-настоящему жить! Спасибо!
Джим Джелос. Исцеление и природный мир. Интервью Бонни Хорриган
(Jim Jealous, DO: Healing and the natural world. Horrigan B. 1997; 3(1):68 — 76)
Перевод под редакцией Гуричева Арсения
Ещё читать:
Интервью с Джимом Джелосом Бруно Дюку и Торстена Лиема
